Они познакомились в Венеции. Камилла только-только поступила в университет, чтобы изучать славянский театр, а Сильвестр хотел заняться чем-то необычным – например, учить никому не нужные языки или разводить улиток. Она носила объемные свитера, смотрела исподлобья и запирала на ночь дверь, опасаясь, что он ворвется и изнасилует. А он курил траву, обматывался в полосатый шарф и катался на старой желтой лодке. Камилла для него была слишком скромная и слишком умная, Сильвестр был для нее слишком своенравный, слишком глупый и слишком другой. У них были общие знакомые, общие друзья, общий дом и еще что-то общее, но это что-то они нашли только спустя 10 лет – потрепанные, отчаянные с холодной рассудочностью, без лишних надежд и иллюзий.
Никаких кульминаций и встрясок. Это степенная эволюция психики, мыслей, желаний за 10 лет жизни. Она из мечтательной скромной студентки развивается в зрелую женщину, которая уже имеет право оглянуться назад, чтобы пересчитать сделанные ошибки. Он из ветреного юноши с сексом в голове и улитками в палисаднике - в мужчину с работой, мыслями и степенностью, которая может из множества женщин выделить единственную. Неизменным остается лишь дом Камиллы – обшарпанный неотапливаемый двухкомнатный сарайчик. А когда чуть позже появляется огромная квартира русского работника театра в центре Москвы, то понимаешь, что разница между Россией и Италией – второй, скрытый сюжет фильма.
«Десять зим» - совместная работа стран, хоть и со значительным перевесом в сторону Италии. Режиссер итальянский – Валерио Мьели (кстати, это его дебют), большая часть актеров – итальянцы. Совершенно позорной игрой Россию в фильме представляют Сергей Жигунов, Сергей Никоненко да Люба Зайцева, которая пытается изобразить что-то среднее между деревенской девахой без комплексов и материально обеспеченной леди из мегаполиса. «Можно вывезти девушку из деревни, но нельзя вывести деревню из девушки», - это про нее, Любу, неосознанно позорящую всех женщин России.
Основную часть фильма снимали в Венеции, небольшую часть - сначала Камилла уехала изучать русский театр, затем она и ее друзья приехали на свадьбу Любы – снимали в Москве. Россия здесь – сгусток затертых представлений. Свадьба в деревенской церкви на отшибе всего, катания на санях, оркестранты в косоворотках, кафтанах и кушаках, "Виновата ли я" за столом, жаркая баня с вениками и борщ с чесноком. Хорошо, что до медведей с бубнами на Красной площади дело не дошло.
Зато Венеция лишена привычной киношной романтики с гондолами и счастливыми лицами влюбленных. Она пустынная, мокрая, но все же невероятно уютная – такое чувствуешь, когда после продолжительной прогулки под дождем залезаешь под теплое одеяло и пьешь малиновый чай. Вокруг все мило, спокойно, символично. Камилла несет огромный торшер в свой маленький домик – и знакомится с Сильвестром. Сильвестр таскает за собой росток дерева хурмы, и потом за этим деревом 10 лет они будут прятать ключи от дома. Камилла защищает диплом про Чехова, а после ее жизнь превратится точь-в-точь в «Вишневый сад». Сильвестр рассекает по Венеции на старой желтой лодке и бессознательно хочется петь битловское «We all live in a yellow submarine…».
Ирина ГОЛОСОВА
